На повестке дня был переезд в национальный парк Маунт-Кук (Mt. Cook National Park) — одно из самых популярных направлений на Южном острове. Территория парка представляет собой 700 км2 невообразимо красивых творений природы, окружающих самую высокую точку Новой Зеландии — гору Кука. Несмотря на то, что она названа в честь Джеймса Кука, первым европейцем, увидевшим гору, вопреки распространенному мнению, был не он, а Абель Тасман в 1642 году. Маорийцы называют гору Aoraki, что означает «большое белое облако». Имеется ли в виду сама гора, похожая на облако, или облако над горой, непонятно, но я подтверждаю: облака там были и были они бесподобно красивы!

Около 40% территории парка приходится на ледники, которые образуют пять главных долинных систем: Годли (Godly), Мерчисон (Murchison), Тасман (Tasman), Хукер (Hooker) и Мюллер (Mueller). В честь последнего также названа и хижина, расположенная на высоте 1800 м, и, согласно тому, что услышал от Бога, находясь у ледника Роба Роя, именно в хижине Мюллера я должен был получить дальнейшие распоряжения о том, как избавиться от кольца. Я планировал заночевать в ней на следующий день, но планам моим и на этот раз суждено было немного поменяться. К счастью, в лучшую сторону.

А утро этого дня началось на озере Хавеа. Второй день стоит безупречная погода, даже и уезжать не хочется.

Погрузив в который раз все свое барахло в машину (это был уже 8-й хостел по счету), я двинулся на север, в штат Кентербери (Canterbury).

Поселение Mt. Cook Village находится в конце дороги Mt Cook Road, примерно в 10 км от озера Пукаки. Из-за того, что озеро преимущественно пополняется талыми водами ледников, вода в ней имеет отчетливо голубой оттенок.

Чем глубже я продвигался по дороге в национальный парк, тем ближе становились горы.

В деревне живет всего 250 жителей, большая часть которых работает для обслуживания туристов, коих тут набегает 250 тыс. ежегодно. Любопытно, что тут даже есть школа.

Как только я зачекинился в хостеле YHA Mount Cook, я сразу же отправился в информационный центр забронировать себе место в хижине на следующую ночь. На стойке висел прогноз погоды на ближайшие двое суток и был он, к сожалению, неутешительный. Мне предложили совершить восхождение в этот день, а не на следующий, поскольку, по всей вероятности, завтра погода будет только ухудшаться. С одной стороны, ветер предстоящей ночью должен был усилиться до 80 км/ч, зато завтра уровень обледенения должен был упать с 2800 м до 1000 м (это ллохо). Взвесив все за и против, я решил идти сражу же. На часах было без пятнадцати два, а стартовать нужно было не позже трех, чтобы успеть придти в хижину к семи вечера.

Вы даже не представляете себе, как я люблю этот драйв, когда нужно не просто прибыть на место, но и сделать это в срок. Адреналин бил в кровь при мысли, что и без того интересный маршрут теперь становится еще интереснее. При мне как будто включился обратный отсчет, когда я, быстро выводя каракули на «листке намерений» (Intentions card), написал в графе «Пункт назначения» слова «Мюллер Хат», поставил текущую дату и подпись. В этой же карточке нужно было указать контактные данные, номер автомобиля, место парковки, предполагаемую дату возвращения, а также данные ближайшего родственника (ну вы сами понимаете зачем, поэтому не будем о плохом). Эта процедура называется Sign In, то есть вас теперь имеют в виду, и если вдруг вы исчезните в горах и не вернетесь, то на ваши розыски пустят собак по следу пошлют команду спасателей на вертолете. А если вернетесь, то надо обязательно не забыть выписаться (Sign Out), придя в информационный центр самостоятельно либо опустив вторую часть карточки в специальную урну снаружи. Если этого не сделать, то ложный вызов команды разведки обойдется вам в такую сумму, что в Новую Зеландию вы больше ездить не захотите.

Итак, заряженный на 100%, как батарейка Energizer, я пулей полетел в хостел, чтобы переодеться, собрать рюкзак, продовольствие и по возможности пообедать перед долгим восхождением. Чтобы немного сократить путь до хижины, я собирался подъехать на машине до палаточного лагеря White Horse Hill, расположенного в двух километрах ближе к началу трека, и оставить ее там. Таким образом, я мог сэкономить лишний час.

Со стартом я, как ни старался, немного запозднился: вышел, когда на часах было уже 15:30. Номинально на подъем должно было уйти три с половиной часа, но ведь никогда не знаешь, какие погодные условия тебя ждут там, наверху.

Отсюда и до точки Sealy Tarns тропа шла ступеньками, вверх и только вверх. Подняться на километр ввысь — это не шутки. Почти столько же я поднимался на острове Тенерифе, когда преодолевал путь к вершине вулкана Тейде. Но даже тогда это было в два этапа: первая часть вечером, а продолжение на рассвете, да и молодой я тогда был рюкзак у меня был совершенно других габаритов. Будучи помудревшим после трека по национальному парку Тонгариро, я теперь упаковал содержимое своего рюкзака так, чтобы все поместилось только в одну, бо́льшую его часть.

C каждым виражом вверх автостоянка становилась все дальше и дальше и совсем скоро осталась далеко внизу.

Через полтора часа, как по расписанию, я был в месте Sealy Tarns. Отсюда открывается вид на ледник Мюллера...

...на озеро Мюллера...

...и на озеро Хукера.

Сделав привал на 15 минут, я готов был продолжить восхождение, чтобы преодолеть остаток пути. Остаток этот оказался самым сложным не только на этом треке, но и за все путешествие вообще (хотя мне казалось, что после того, что было на Красном Кратере в Тонгариро хуже быть уже не может).

«Кошки» я надел уже через 20 минут после старта от Sealy Tarns, но они оказались слабыми помощниками против рыхлого снега глубиной в 1 метр да еще при уклоне горы 45 градусов. Тут бы сподручнее был альпинистский топор или хотя бы альпенштоки.

Ветер начинал усиливаться, и с каждым шагом идти становилось все труднее: ноги то предательски проваливась под снег, то соскальзовали вниз.
С Божьей помощью я все-таки дошел до гребня горы, где мне нужно было повернуть налево. По расчету до хижины оставалось 20 минут.

Дальше дорога пошла совсем снежная. Колышки торчали из-под снега сантиметров на десять, а в полную длину-то они метра полтора, не меньше — ну, в общем, вы представляете себе, какая там глубина снега была.

И вот она, моя прелесть — хижина Мюллера: спортсменка, комсомолка и просто кравица! :) Переспать с ней в ней — честь, которой, несомненно, удостаиваются только избранные скалолазы, и мне было особенно приятно, что Бог и меня включил в этот список счастливчиков. Я знал, что ночью мне должна была открыться воля провидения, и я наконец узнал бы, как мне избавиться от моего кольца.

Хижина эта уже пятая хижина по счету, которую строят на этом месте. Первая была возведена здесь аж в далеком 1914 году и простояла до 1947 года, когда была сметена лавиной, как и последующие три, построенные после нее. А эта построена в 2003 году и официально открыта в июле того же года самим Эдмундом Хиллари. С именем этого человека здесь связана гора Оливье (Mt. Ollivier), не имеющая ничего общего с популярным салатом. Еще в 19-летнем возрасте Эдмунд Хиллари впервые совершил восхождение на нее и тем самым положил начало своей блестящей карьере альпиниста, которого теперь мы все знаем как одного из двух первовосходителей на Эверест.

Через десять минут я был уже у подножья холма, на котором стоит хижина.

Красная будочка, как вы можете догадаться, — это отхожее место. Бывает, что зимой ее настолько засыпает снегом, что двери становятся заблокированными. На этот случай департамент по защите окружающей среды настоятельно просит взять в информационном центре при регистрации специальный контейнер для утилизации твердых отходов (на английском Poo Pot) — да-да, не только мусор с собой нужно забирать, но и отходы тоже. Помните, что горы — это священное место!

А это парадный вход в виде двери на мощном засове.

Внутри расположена прихожая с металлическим полом: здесь люди разуваются и снимают с себя «кошки».

А вот и моя пара. По сравнению с остальными они немного недотягивали по уровню, но к следующей поездке я уж точно куплю себе профессиональные «кошки». И топор в обязательном порядке!

Внутри, как и полагается, кухня со столовой.

Вместе со мной в хижину пришло десять новозеландев. У меня сложилось впечатление, что эти ребята все друг друга хорошо знали — этакая команда матерых альпинистов. Когда они узнали, что я из России, засыпали меня вопросами, а когда за ужином еще выяснилось, что у меня в баночке молотый лен с морковкой и пакет с травой, то тут вообще аншлаг начался.

Когда меня просят агрументировать свою точку зрения относительно характера питания, я обычно привожу самый наглядный пример — сравнение нашего тела с автомобилем. Еда — это топливо. Допустим, что наш двигатель может нормально функционировать только на бензине к октановым числом, скажем, 95. Свежие фрукты, овощи, листовая зелень, злаки, орехи, мед и домашние молочные продукты — это пища в благости, соответствующая в нашем сравнении такому бензину. Термически обработанная пища, но приготовленная с любовью, тоже может быть отнесена к этой категории. Пища же разогретая, а также та, которая слишком кислая/соленая/острая/сладкая и т.д. — это бензин классом ниже, допустим, 91. Мясо, алкоголь, фаст-фуд, рафинированный сахар и пустые углеводы, а тем более их одновременное сочетание — это, что называется, «соляра». Так вот, если залить дизель в бензиновый двигатель, то, как вы понимаете, далеко мы не уедем. Бог, зная, что мы несовершенны и будем делать в жизни ошибки, предусмотрел для нашего организма множество защитных клапанов, позволяя долгое время существовать на низкосортном типе топлива. Но спросите себя: к чему совершать насилие над своим организмом, засоряя фильтры, зачем заставлять свой двигатель работать на повышенных оборотах для выведения шлаков? К сожалению, до тех пор пока еда будет оставаться для человека самоцелью, он не сможет освободиться от своих дурных привычек в питании и наладить работу органов пищеварения. Подумайте, для чего автомобилю топливо? Для того, чтобы доставлять нас в нужное время в нужное место. Топливо — лишь средство, но от его качества зависит, доедем мы до пункта назначения или останемся «голосовать» на обочине. А теперь спросите себя, куда вы движетесь по жизни и что является вашей подпиткой. Для высоких целей нужно высококачественное топливо, в этом не может быть сомнений.

Возвращаясь к описанию того, что еще было в хижине, нужно упомянуть про рацию: каждый день в семь часов вечера дежурный в информационном центре передает сводку погоду и запрашивает у находящихся в хижине их имена. Я как раз пришел вовремя, чтобы зарегистрировать себя в списке прибывших.

Каким-то мистическим образом в хижине даже оказалась гитара! Это был первый знак, который я получил свыше, — воспевай святые имена, Слава, и Бог тебе поможет, он тебе подскажет!

А вот и водичка в контейнерах. Нам повезло, что она черпалась хотя в одном из них. Приди я сюда на месяц раньше, то пришлось бы топить снег.

Кстати, с газом тут проблем нет. Главное, не забыть взять с собой котелок, которого у меня как раз и не было. Хотя я и не употребляю приготовленной на огне пищи, но горячей воде в походе, как я про себя отметил, я всегда найду применение, поэтому на будущее этот элемент инвентаря я собирался приобрести обязательно.

Спальня: нары и матрас, все как обычно. Новозеладская компания вся уместилась в одной комнате.

Я же, как король, ночевал в «отдельных апартаментах».

Под сумерки, все кто был с фотоаппаратом (а кто-то даже штатив с собой притащил), пошли снимать закат, который был по-зимнему эффектным

Так и подошел к концу этот увлекательный день. Опустившись на свою койку, я закрыл глаза и начал повторять Харе Кришна маха-мантру и через какое-то время услышал знакомый голос в своем сердце, диктующий послание о следующем пункте назначения: «Ройс Пик».